Габриэла Мораес: Конвергенция Basel III и FIT21 катализирует токенизированный кредитный рынок на $20 миллиардов

Габриэла Мораес, стратегический юридический советник SQHWYD GLOBAL Ltd. и партнер Pinheiro Neto Advogados, опубликовала сегодня Глобальный обзор законодательства о цифровых активах 2025 года. Этот комплексный отчет утверждает, что 2025 год запомнится как год, когда завершился регуляторный арбитраж и началась «регуляторная совместимость», заложившая правовые основы для массового масштабирования активов реального мира (RWA).

Базель III и выход банков на рынок

Мораес определяет полное глобальное внедрение стандартов Базеля III для криптовалютных активов в январе 2025 года как переломный момент для индустрии.

«2025 год стал годом, когда банки официально присоединились к обсуждению», — пишет Мораес. «Четкая классификация Базельского комитета токенизированных активов реального мира (Группа 1b) позволила банкам первого уровня держать токенизированные облигации и акции со значительно более низкими требованиями к капиталу, чем необеспеченные криптовалюты (Группа 2)».

Этот регуляторный «зеленый свет» стал «недостающим звеном» для институционального внедрения. Он позволил банкам участвовать в экосистеме RWA без штрафных вычетов капитала, при условии, что базовые активы соответствовали строгим критериям правовой определенности. Следовательно, рынок токенизированного частного кредита вырос до $20 миллиардов к концу 2025 года, поскольку традиционные финансовые институты искали эффективные уровни расчетов для собственных балансов.

Закон Бразилии 14.478: глобальный золотой стандарт

Отчет подчеркивает лидерство Бразилии в 2025 году. При полном соблюдении Закона № 14.478 (Закон о виртуальных активах) требование абсолютного разделения активов оказалось решающим для восстановления доверия инвесторов.

«В 2025 году, пока другие юрисдикции боролись с проблемами смешивания средств, правовая система Бразилии обеспечивала защиту клиентских активов от банкротства», — отмечает Мораес.

Эта правовая определенность стала катализатором для перехода пилотного проекта Drex (Цифровой реал) во вторую фазу в конце 2025 года. В отличие от розничных CBDC, Drex сосредоточился на оптовых расчетах по токенизированным государственным облигациям. Мораес анализирует, как Drex создал программируемую правовую среду, в которой смарт-контракт юридически признается окончательным документом о праве собственности, решая «проблему оракула» для активов реального мира.

Эффект FIT21: трансграничная гармонизация

Мораес представляет детальный анализ трансграничных последствий Закона США о финансовых инновациях и технологиях XXI века (FIT21), который получил широкое применение в 2025 году. Уточнив юрисдикцию CFTC в отношении цифровых товаров, США привели себя в соответствие с глобальными стандартами.

«Гармонизация между FIT21 в США и Законом 14.478 в Бразилии впервые создала «коридор соответствия», — говорится в отчете. «В 2025 году мы наблюдали беспрепятственный поток капитала между Северной и Южной Америкой, подкрепленный взаимным правовым признанием таксономии цифровых активов».

Отчет заключает, что в 2026 году основным конкурентным преимуществом платформ цифровых активов станет их «правовая инженерия» — способность обернуть казначейский вексель США в токен, который юридически соответствует законам Бразилии, хранить его в соответствии со стандартами Базеля III и мгновенно рассчитываться по нему.